Nightware · house

Гадание при помощи железных костей, узоров, джипов и пустыни — противозаконно. Эла поймали. Кого-то еще поймали. Мне помогли родственники, но долго позорили. Это-то меня и насторожило. Казалось, что я действительно слышу эти упреки. Потом мне участливо объяснили возможные причины. От этого стало еще страшнее, хотя я старался не бояться. Пришлось встать, включить свет, сесть за комп. Сейчас я пишу эти строки, и иногда поглядываю через плечо назад, в дверной проём, где тёмная комната.

Когда-то прочитал в одной фантастической книжке забавный момент: капитан корабля, которое шло в тумане понял, что его корабль атакован некими хищниками, которые очевидно жрут членов экипажа, находя их по мыслям, ибо туман, а спящих и бессознательных не слопали. Тогда он запретил всем членам экипажа думать про белую обезьяну. Если постараться о чем-то не думать, то этого не выйдет. В итоге все думали о белой обезьяне, и хищники смылись, потому что им показалось, что они пытаются напасть на что-то очень большое и однородное. Я часто вспоминал про белую обезьяну. Но иногда, лучше действительно заставить себя о чем-то не думать, приструнить разыгравшееся воображение (ли ?). По крайней мере, мне кажется, что так легче и безопасней в определенном смысле.

Мне вспоминаются те сны, которые снились мне несколько раз подряд. Или мне так казалось. Если заглянуть в сонник, то там такого не найти. Только несколько раз мне снилось что-то тривиальное, вроде полетов во сне. Помню ещё труднопередаваемое ощущение острого и тяжёлого угла на языке, возможно лезвия. Острого, не в смысле горького. Я ещё шепотом повторял, что кто-то кого-то хочет убить.

Разум и представления о мире, о ощущениях, о каналах информации и связи с внешним миром — храм современного человека. А если эти каналы, блин, нарушаются? Мозг начинает воспринимать мир так, как будто есть другие органы чувств. Это случалось со мной во время болезней, когда была высокая температура. А если собственное подсознание начинает забавляться над сознанием, подкидывая интересные сюжеты в информационный поток.

Даже когда все спят, во многих домах слышны разнообразные звуки: потрескивание, скрипы, шорохи. Когда-то гром считали смехом богов, а завывание ветра — воем демонов и призраков. Сейчас-то люди точно знают о эхе, громе, ссохшихся плитах, «катающихся шарах» с башорга. А можеn это всё-таки домовые? Почему не удается избавится от мракобесия? Почему о нём делают фильмы, пишут книги? О том мире, который скрыт от человека, который человек видит не так, каким он есть? Значит есть спрос. Значит никакого мракобесия человеческая цивилизация не смогла из себя изжить.

Самоорганизация заняла чуть больше года. Однако мне удалось самоорганизовано сделать мусс:

http://palant.org/blog/1.html

Здравствуй самоорганизация!

Кто скачет, кто мчится под хладною мглой?
Ездок запоздалый, с ним сын молодой.
К отцу, весь издрогнув, малютка приник;
Обняв, его держит и греет старик.

 

"Дитя, что ко мне ты так робко прильнул?" -
"Родимый, лесной царь в глаза мне сверкнул:
Он в темной короне, с густой бородой". -
"О нет, то белеет туман над водой".

 

"Дитя, оглянися; младенец, ко мне;
Веселого много в моей стороне:
Цветы бирюзовы, жемчужны струи;
Из золота слиты чертоги мои".

 

"Родимый, лесной царь со мной говорит:
Он золото, перлы и радость сулит". -
"О нет, мой младенец, ослышался ты:
То ветер, проснувшись, колыхнул листы".

 

"Ко мне, мой младенец; в дуброве моей
Узнаешь прекрасных моих дочерей:
При месяце будут играть и летать,
Играя, летая, тебя усыплять".

 

"Родимый, лесной царь созвал дочерей:
Мне, вижу, кивают из темных ветвей". -
"О нет, все спокойно в ночной глубине:
То ветлы седые стоят в стороне".

 

"Дитя, я пленился твоей красотой:
Неволей иль волей, а будешь ты мой". -
"Родимый, лесной царь нас хочет догнать;
Уж вот он: мне душно, мне тяжко дышать".

 

Ездок оробелый не скачет, летит;
Младенец тоскует, младенец кричит;
Ездок погоняет, ездок доскакал...
В руках его мертвый младенец лежал.

 

1818 г.

Wer reitet so spaet durch Nacht und Wind?
Es ist der Vater mit seinem Kind;
Er hat den Knaben wohl in dem Arm,
Er fasst ihn sicher, er haelt ihn warm.

 

"Mein Sohn, was birgst du so bang dein Gesicht?"
"Siehst, Vater, du den Erlkoenig nicht?
Den Erlenkoenig mit Kron` und Schweif?"
"Mein Sohn, es ist ein Nebelstreif." --

 

"Du liebes Kind, komm, geh mit mir!
Gar schoene Spiele spiel` ich mit dir;
Manch bunte Blumen sind an dem Strand;
Meine Mutter hat manch guelden Gewand." --

 

"Mein Vater, mein Vater, und hoerest du nicht,
Was Erlenkoenig mir leise verspricht?"
"Sei ruhig, bleib ruhig, mein Kind!
In duerren Blaettern saeuselt der Wind." --

 

"Willst, feiner Knabe, du mit mir gehn?
Meine Toechter sollen dich warten schoen;
Meine Toechter fuehren den naechtlichen Reihn
Und wiegen und tanzen und singen dich ein." --

 

"Mein Vater, mein Vater, und siehst du nicht dort
Erlkoenigs Toechter am duestern Ort?"
"Mein Sohn, mein Sohn, ich seh` es genau,
Es scheinen die alten Weiden so grau."

 

"Ich liebe dich, mich reizt deine schoene Gestalt;
Und bist du nicht willig, so brauch` ich Gewalt." --
"Mein Vater, mein Vater, jetzt fasst er mich an!
Erlkoenig hat mir ein Leids getan!" --

 

Dem Vater grauset`s, er reitet geschwind,
Er haelt in den Armen das aechzende Kind,
Erreicht den Hof mit Muh` und Not;
In seinen Armen das Kind war tot.

 

1782 г.